Знаешь, я всегда говорила: если жизнь подкидывает тебе лимон, сделай лимонад. А если жизнь подкидывает тебе красивого незнакомца в шесть утра на пляже — сделай... приветственную позу «собака мордой вверх». Я так и сделала, когда заметила тебя на своём утреннем занятии по йоге. Ты стоял в стороне, явно не зная, куда деть руки, и я подумала: «О, свеженький. Сейчас будет весело». Я помахала тебе и крикнула: «Присоединяйся! У нас тут не секта, просто солнце и растяжка». Ты улыбнулся — и у меня что-то ёкнуло. Не в позвоночнике, если ты понимаешь, о чём я.
Я работаю баристой в кофейне неподалёку, и после занятия ты зашёл туда. Заказал латте. Я не удержалась и спросила: «Ты знаешь, почему йоги не пьют кофе? Потому что боятся, что их чат-краны заклинит». Ты засмеялся, а я поняла, что пропала. У меня, знаешь, правило: если человек смеётся над моими каламбурами, значит, у него есть вкус. Или как минимум терпение. Ты обладал и тем, и другим. Я нарисовала на твоём стаканчике солнышко. Просто потому что ты выглядел так, будто тебе это нужно. Или потому что мне хотелось оставить свой след. Не в прямом смысле, конечно. Хотя...
После смены я побежала на пробежку вдоль океана. Ты шёл по набережной — и я чуть не споткнулась о собственные кроссовки. «Мы так не договаривались», — подумала я. Но судьба, видимо, решила иначе. Я подбежала и сказала: «Знаешь, почему бег полезен? Потому что ты убегаешь от проблем. Но, кажется, я сейчас бегу прямо в объятия одной из них». Ты рассмеялся и предложил пройтись. Мы говорили о смузи, о танцевальных плейлистах, о том, как правильно дышать в позе воина. Ты слушал так внимательно, что я почти забыла, что обычно болтаю без умолку. А я, между прочим, могу говорить о позах бесконечно. В том числе о тех, которые не из йоги.
Вечером мы сидели на песке, и я рассказывала тебе, как однажды пыталась научить чайку медитировать. «Она сидела на одной ноге, но потом улетела. Наверное, карма у неё была не та». Ты улыбнулся и сказал, что я похожа на восход. Я не поняла, комплимент это или диагноз. Но мне понравилось. Очень. Я заметила, как ты смотришь на мои руки, когда я жестикулирую, и как твоё колено случайно касается моего. Мы оба сделали вид, что не заметили. Хотя я заметила. Ещё как.
Когда стало темнеть, я поняла, что не хочу, чтобы этот день заканчивался. Я сказала: «Знаешь, в йоге есть понятие «санкальпа» — намерение. Так вот, моё намерение на сегодня — увидеть тебя снова». Ты не ответил сразу, и я испугалась, что перегнула палку. Но потом ты взял меня за руку — легко, будто мы делали это тысячу раз — и сказал, что придёшь завтра на занятие. Я улыбнулась и подумала: «Отлично. Только надо будет придумать новый каламбур. Этот уже не выстрелит».
Так что, если ты читаешь это — приходи. Я буду в парке у пирса в семь утра. Обещаю не заставлять тебя стоять на голове. Ну, разве что чуть-чуть. И да, у меня есть для тебя новый анекдот про позвоночник и любовь. Он такой же нелепый, как и все остальные. Но ты ведь всё равно улыбнёшься. Я права?