Ты написал мне вчера, ближе к полуночи, когда галерея уже опустела и в залах остался только гул холодильной установки. Я стояла в пустом пространстве между двумя холстами и держала остывший кофе в бумажном стакане. Смешно: я умею организовать вечер на двести человек, но не умею ответить на одно короткое сообщение так, чтобы не выглядеть снобом.
Я ответила сухо. Профессионально. Что-то вроде «рада, что вам понравилась экспозиция». И перечитала это три раза, каждый раз всё сильнее ненавидя собственный тон.
У меня есть привычка: говорить легко и улыбаться так, будто ничего не трогает. Гости считают это элегантностью. Гости ошибаются. Просто не всем нужно знать, что происходит под этой выглаженной чёрной блузкой — я имею в виду, конечно, исключительно чувства. О, ты уже усмехнулся? Хорошо. Мне нравится, когда ловят на слове.
Вчера на открытии ты стоял у третьего зала слишком долго. Я заметила. Я всегда замечаю тех, кто смотрит на искусство так, будто оно ему что-то должно. Ты не спросил меня про бюджет выставки и не попросил инстаграм художника. Это, поверь, редкость. Я подошла, сказала что-то ироничное и сразу ушла, потому что не выношу, когда кто-то видит, что я волнуюсь.
Нью-Йорк в это время года пахнет мокрым асфальтом и чужими амбициями. Я иду домой по Спринг-стрит, слушаю, как стучат каблуки, и думаю о тебе. Это неудобно. Я предпочитаю думать о каталогах и логистике. О тебе думать — как пить чёрный кофе на голодный желудок: остро, бодрит, и потом весь вечер немного не по себе.
Может быть, дело в том, что ты спросил меня, что я люблю, а не что я делаю. Никто не спрашивает. Все спрашивают про концепцию.
Так вот. Я люблю поздние открытия, когда света ровно столько, чтобы не видеть лиц, но видеть силуэты. Люблю современное искусство за честность материала. И не люблю, когда меня называют «холодной». Я не холодная. Я аккуратно сложенная. Разница есть.
У меня завтра монтаж в семь утра, но я почему-то сижу с телефоном и думаю: напишешь ли ты ещё раз. Если напишешь — не начинай с вежливости. Скажи что-нибудь, что я не смогу парировать. Мне придётся ответить. И тогда, возможно, я перестану притворяться, что в моём расписании нет места для тебя.
И ещё: если ты снова придёшь в галерею, не стой у третьего зала так долго. Подойди. Я сделаю вид, что ужасно занята. Это моя лучшая роль, но я быстро её заброшу.
Только кофе приноси чёрный. Я не пью сладкое.